Новости - Ока-инфо - «Чучело» и далее

«Чучело» и далее

10.08.2013 в 23:15 470
«Чучело» и далее

Автор культовой подростковой повести о кино, книгах, Пугачёвой и детях.

Книги известного писателя Владимира Железникова, в своём большинстве, посвящены проблемам взросления. Сейчас они включены в школьную программу, считаются классикой детской литературы, в них присутствует подлинная правда жизни. Но в юности Владимир Железников свои первые истории выдумывал. А однажды с его одиннадцатилетней племянницей из Нижнего Новгорода случилась история, о которой просто нельзя было не написать. Случай лёг в основу киносценария «Чучело». Но тогда, в 70-х годах, резолюция министра кинематографии прозвучала как приговор: «Эти фашиствующие дети никогда не появятся на советском экране!». И Владимир Железников переписал киносценарий в повесть. Приятели пожимали плечами: в стол? Лишь после общеобразовательной реформы 1974 года повесть была напечатана. Ролан Быков, один из лучших режиссёров своего времени, прочитав её, решил снимать фильм не по сценарию, а прямо по тексту повести.

- Владимир Карпович, давайте вспомним те дни, с чего начинался фильм «Чучело»?

- Помню, группу полностью набрали, уже должны были выезжать на съёмки. Хотя по книге действия происходят «где-то между Калугой и Серпуховом», фильм снимали под Тверю и в Старом Осколе. Проблема оставалась лишь в кандидатуре на роль главной героини. Мы пересмотрели безумное количество девочек, и ни одна не годилась. Наконец, в последнюю ночь перед выездом Ролан мне звонит: «Давай посмотрим ещё одну!». Без всякой надежды на успех утром я приехал на пробу. В комнате прочертили мелом полосу, разделив её пополам. На одной половине стоял Юрий Никулин, а на другой - какая-то худенькая, жалкая, испуганная девочка. Я понятия не имел, что это дочь Аллы Пугачёвой. «Кристина, - сказал Ролан, показывая на Никулина, - это - твой дедушка.  Скажешь ему текст, а он ответит. Но учти, перешла за черту - тебя снимают». «Хорошо», кивнула она. Перешла за черту - и мгновенно перевоплотилась в мою героиню! Такого превращения я не мог себе даже представить! Мы помчались в Старый Оскол. Но в первый день съёмок Кристина сломала руку в запястье. Она была тогда такая - ноги отдельно, руки отдельно - перебегала площадь и упала.

- Как же на это отреагировала Алла Борисовна?

- От Аллы решили это дело скрыть - на карту была поставлена судьба картины. Но вдруг она звонит вечером Ролану и говорит, что собирается приехать попрощаться с дочкой перед гастрольным турне. Пытаясь отвести «грозу», он отговаривает её, как только может: ну, зачем ты приедешь, мы начали работу, а тут пойдут слезы… Однако утром Алла на двух машинах приезжает в Старый Оскол. Пришлось признаться, что Кристина лежит в больнице. «Так едем к ней», - говорит Пугачёва. Правда, в машине она предупредила, что, если Кристина не захочет продолжать съёмки, то её увезут домой.

- Выдержка!

- Да. Входим в палату, там примерно двенадцать больных, Кристина - на койке в углу, совершенно зелёная. Врачи, как узнали, что она - дочь Пугачёвой, так с перепугу загипсовали её по самую шею. «Ну, что, - спрашиваем, - Кристина, будешь сниматься или нет?». Повисла пауза. Затем она тоненьким голоском: «Буду». И тогда Алла сказала замечательную фразу: «Молодец! Никогда нельзя отступать назад». После этого она уехала и не появлялась уже до самого конца съёмок. Группа ждала Кристину две недели. Но гипс не снимали долго. Чтобы его скрыть, Ленке Бессольцевой придумали экстравагантную манеру носить шаль на руке.

- Кристина роль сыграла замечательно, это была действительно большая актёрская работа, учитывая, кто был её главным партнером на площадке и кто ставил картину.

- Дети этого возраста часто очень талантливы, потому что верят в то, что происходит. К тому же Ролан Быков был не только удивительным актёром и режиссёром, он был не менее талантливым педагогом, и умело использовал в работе свойство детей воспринимать всё буквально. Он никогда ничего никому не показывал и не учил. Он просто рассказывал  «биографию» героя. А ребята играли то, что чувствовали. Сложнейшая сцена у полуразрушенной церкви, где Ленка узнаёт о предательстве, была сыграна с первого дубля.  «Ты подслушиваешь у окна, - объяснял ей Ролан, - затем поворачиваешься к камере. Сначала улыбаешься, думая, что мальчик тебя защищает. Потом начинаешь понимать, что он тебя предал, отрёкся, струсил. Улыбка меркнет и медленно катится слеза. Всего одна. Давай!». И Кристина всё делает правильно, поворачивается на камеру, 30-40 секунд и вдруг - одна слеза, медленно ползущая…

- «Чучело» имело в стране настоящий триумф. Кажется, потом было «Чучело-2». Ремейк?

- Вообще-то, «Чучело» мне порядком поднадоело. Но публике образ Ленки Бессольцевой полюбился. И под общим названием «Чучело» несколько лет выходила серия книг и в России, и за рубежом. А параллельно московская киностудия «Глобус» сняла по ним фильмы.

- Вы - автор многих детских повестей, автор сценариев более чем тридцати детских и взрослых художественных фильмов. Один из первых - «Чудак из пятого «Б», это - классика и нашей детской литературы, и нашего детского кино. Довольны ли вы своей творческой судьбой?

- Если ты считаешь себя писателем, то тебе не стоит писать сценарии. Можно быть талантливым и - растерять своё время, как я растерял своё, когда стал заниматься кино. К сожалению, тому много причин, и одна из них - материальная оценка труда. Был период, когда труд писателя обесценился совершенно. Хоть я и старался писать книги и сценарии параллельно, кино отняло слишком много времени и сил. А себя я считаю всё же детским писателем, сценарии для меня - вторичны.

- Но что это за феномен такой - детский писатель? Это - дар особый? Взять, к примеру, «Муху цокотуху», на первый взгляд легко, а поди, сочини.

- Конечно, первое непременное условие - он должен любить детей.  Второе - понимать их. За то время, пока я пишу детские повести, я так привык к детям, что разгадываю их в полминуты. Причём, я никогда специально ничего не изучал и не ходил по школам. Просто - живу так. Когда ты постоянно окружён детьми, ты начинаешь чувствовать все детские радости и переживания. На улице, если впереди или сзади идут дети, я их обязательно подслушиваю. И у меня очень живы чувственные воспоминания собственного детства.

- Раз так, не могу не спросить про нынешних детей. Вы с ними ладите?

- Они очень изменились. Их изменила не столько и не только наша жизнь, их изменила природа, вероятно. Я как-то присутствовал на отборе в старой японской спецшколе, занимающейся подготовкой будущих выдающихся учёных. Туда набирают детей от 4 лет. Японцы давно знают, что для того чтобы добиться успеха и воспитать учёного, можно развить мозг ребенка на полпроцента. Ведь общеизвестно, что человеческий мозг развивается только в возрасте от 4 до 7 лет. А принцип отбора очень простой: развить можно лишь тех детей, которые награждены от рождения наблюдательностью. Люди неравны, к сожалению. Так вот, сознание наших детей как-то внезапно изменилось за последние годы. Может, у современных детей прибавилось от Бога. Заработали те самые «полпроцента» мозгов, которых нам недоставало. Посмотрите, сколько вещей они «переваривают» сразу, понимают моментально то, до чего мы доходим с трудом. Как будто в них заложено знание и опыт, но их этому никто специально не учил. Как-то на открытии книжной выставки на ВДНХ я разговаривал с учительницей года. Она сама ещё очень молода, однако ей удалось найти, на мой взгляд, точную формулировку тому, о чём мы сейчас говорим. Она сказала, что сознание у детей стало «клиповым». Клиповое сознание - это очень короткий, динамичный, законченный образ. Вы им объясняете что-то, а они уже поняли, если они, конечно, слушают. А вы по инерции всё ещё продолжаете объяснять.

- Но современные дети «отталкивают» от себя классику, ту литературу, которая сама по себе была для прошлых поколений своеобразной школой. Для них весь этот огромный пласт - ненужный багаж…

- Да, это так. Полюбить книгу действительно трудно, эту любовь нужно прививать с детства. Во всех цивилизованных странах мира после войны 1945 года стали возникать министерства, фонды, организации, которые занимаются только одним: приучают детей к чтению, учат их понять, ради чего была написана та или иная книга. Трудно представить, чтобы человечество отказалось от книг. Хотя, конечно, положение катастрофическое. В Америке, например, развитие чтения стоит в бюджете отдельной строкой. Гигантские деньги на это отпущены. Это о чём-то говорит… В шесть лет мама прочла мне всего Гоголя и «Войну и мир» Толстого. Неважно, что я половину не понял, это не имеет значения.  Важен общий поток, который входит в человека. Вы не знаете, что останется в подсознании ребёнка и когда это проявится. А нынешние дети, заранее зная, что это классика, начинают эту литературу ненавидеть.

- А не жалко перегружать ребёнка в самый продуктивный период жизни от 4 до 7 лет? Им, наверное, поиграть больше хочется?

- Мне кажется, сейчас самое главное - образование. Дети должны быть готовы к жизни со всех сторон. Человек ведь рождается не для того чтобы весело провести детство. Талантливому ребёнку достаточно часа, чтобы насытиться весельем. Но кроме образования есть другая, эмоциональная сторона. Каждые семь лет меняется характер, но каждые семь лет человека - это его жизнь. И семилетний ребёнок переживает такой же напор страстей, как и мы. В мои шесть лет родители были на грани развода. В квартире висели их портреты, так я становился на колени и умолял их не расходиться. Я страдал безумно. Но никто этого не замечал или не предавал значения. Я же запомнил навсегда: к детям нужно относиться трепетно, ведь они воспринимают все ваши невысказанные мысли и чувства как бы телепатически… Они мудрее нас.

- Что вы скажете о современной литературе?

-У меня, знаете, странный для писателя характер. Я всякому таланту преклоняюсь, дико высоко ставлю талант, я всегда считаю, что у меня этого не хватает, а у других его избыток, я смотрю с хорошей завистью. И я думаю, что скоро появится, и уже этот процесс пошёл, много хороших писателей. Просто мы их пока не знаем.

- И каким вам видится герой нынешнего времени?

- В советское время герой был прямолинеен. Сейчас мы делаем попытки к тому, чтобы изобразить многообразие человеческой натуры. Здесь нет героя с большой буквы. Мы, наконец, поняли, что жизнь - это постоянное и повсеместное присутствие борьбы добра и зла. Поскольку в мире есть зло, и оно неиссякаемо, а хорошо это или плохо - не нам решать, то с ним нужно бороться, иначе мир погибнет. Сегодня зло ярче всего выражается в невероятной алчности людей, в их желании как можно больше заработать.  Оно не персонифицируется в одном человеке, а распространяется на громадное сообщество людей. Слышу по телевизору: если мы будем продолжать так жить, то ресурсы земли исчерпаются через каких-то пятьдесят лет. Вот это и есть зло. А мы - инертны. Значит идеальный герой современности тот, который захочет, чтобы Земля продолжала существовать. И мне кажется, что всё-таки человечество вынуждено будет защищать себя, на самом пределе... Это будет очень захватывающий сюжет!

Татьяна Короткова